К светлому образу - сквозь бурелом чувств Печать E-mail
29.03.2012

Встреча

Мы встретились в рейсовом автобусе. В толчее, среди разнообразного люда я увидел его небольшую фигуру. Очки и едва заметная улыбка отмели все сомнения - он. «Иван Иваныч», - окликнул я, пытаясь протолкнуться. Когда мне это, наконец, удалось, мы поздоровались. Встреча была неожиданной. Как выяснилось, он возвращался с фестиваля «Рубцовская осень». Разговор в автобусной сутолоке длился недолго. Мы замолчали. Позднее я не раз замечал - он был прост в общении, но не терпел формализма, «стандарта» в жизни и в творчестве. А о нём, о творчестве, поговорить очень хотелось. Поэтому, когда автобус с облегчением остановился, Иван Иванович легко, незаискивающе предложил: «Пойдём ко мне. Тут недалеко». Я, не раздумывая, согласился. И мы двинулись в его небольшую квартиру на ул.Каляева. 
...Имя Ивана Баранова мелькало в «Сокольской правде» 90-х с завидным постоянством. И если о стихах Ивана Ивановича я имел более-менее определённое представление, то с самим автором был «не больше чем знаком» - видел пару раз на заседаниях ЛиТО: придёт пожилой мужчина с неизменной жёлтой папкой (её он очень ценил как подарок друга Леонида Щетнева), отдышится, внимательно послушает, потом упоённо начинает читать свои стихи. И так лирично, просто у него получалось, что аудитория завороженно внимала поэту. В его стихах бродила неуспокоенная русская душа, было что-то обжигающе-приятное и притягательное...
...Первое, что бросилось мне в глаза у Ивана Ивановича дома, - клюква. Рассыпанная, видимо, для сушения, она так и притягивала внимание. «Это Вера», - перехватывая мой взгляд, просто пояснил Иван Иванович, имея в виду свою неизменную спутницу жизни Веру Владимировну, которая успела насобирать ягод. И пока собиралось нехитрое русское застолье, я худо-бедно успел разглядеть домашнюю библиотеку Ивана Ивановича. «У вас, смотрю, и Баратынский имеется», - удивился я, доставая с полки томик полузабытого поэта-лирика пушкинской эпохи. «Сильный поэт, - лаконично оценил Иван Иванович Баратынского и практично добавил. - Да раньше книги-то копейки стоили». Редкая в наши дни начитанность Ивана Ивановича, способного в нужный момент «ввернуть» в разговор чью-нибудь поэтическую цитату, не раз выдавала в нём человека интеллигентного и эрудированного. Это-то и удивительно, потому что перед нами не филолог, а слесарь. Слесарь-поэт, способный дать фору некоторым профессиональным словесникам.
...Разговор наш затянулся. За окошком ветер беззастенчиво швырял берёзовые листья, а мы самозабвенно перекидывали друг другу свои мысли о России и русских, о поэтах и поэзии. У меня было такое чувство (впрочем, может быть, я и ошибаюсь), что Иван Иванович испытывал дефицит «литературного» общения - он охотно делился думами, убеждённо отстаивал свои поэтические представления и идеалы. Помню, как защищал он полузабытого ныне советского писателя Эль-Регистана, соавтора Гимна. А когда проза не могла выразить нахлынувших чувств, Иван Иванович переходил на стихи. И читал, читал, читал, словно боялся чего-то не успеть.
С тех пор я иногда заходил в гостеприимный дом Барановых и всякий раз встречал неизменное радушие хозяев.

 

«Рыжее чудо»

Были такие времена, когда заседания нашего литературного объединения проходили не в стенах редакции. Помню, одно из них собрало пишущую братию Сокола в районном музее. Неторопливо подтягивались наши авторы к назначенному часу. Приехали покойные ныне литературовед Вячеслав Белков и редактор «Соколь-ской правды» Сергей Сиземский. Пришёл и Иван Иванович. В суете творческих дискуссий, как в переполненном автобусе, он выделялся, только не внешностью, а лирической глубиной поэтического слова. Он не выносил пустого литературного трёпа, не придирался к мелочам, но был принципиален тогда, когда дело касалось вопросов мировоззренческих, «вселенских».
Иван Иванович подарил мне тогда свою книжку с незатейливым автографом. Было в ней что-то притягательное: почти сто страниц (солидно для первого сборника!), обстоятельное преди-словие, огненно-рыжая обложка. Прямо-таки «рыжее чудо». И название программное - «Я не пойду на поводу у бешеной эпохи». Прочитал я это «чудо», что называется, «залпом». Как ключевая вода обжигает горло, так и стихи Ивана Баранова овладели мной, нахлынули лирической свежестью. Пусть не всё в сборнике показалось мне равноценным, но общее впечатление оказалось выше мелких шероховатостей. Его не могли испортить даже многочисленные опечатки. Стихи в полной мере компенсировали слабую корректорскую подготовку сборника. Автор предисловия, член Союза писателей России Александр Рулёв-Хачатрян справедливо рассуждал об Иване Баранове: «Настоящий поэт помнит всех, за всех нас печалится. Он сквозь бурелом чувств прокладывает дорогу свою, но с помощью тех, кто уже был, и тех, кто придёт вослед. Он есть и всег- да рядом. Во все времена года...»
А мне вспомнились слова Вольтера: «Поэзия говорит больше, чем проза, при помощи меньшего количества слов». Это высказывание в полной мере можно отнести к творчеству Ивана Ивановича - лаконичность его литературной формы отнюдь не означает ограниченности мышления и тематической узости. Наоборот, проникновенная лирика у него соседствует с гражданским пафосом стихов-размышлений о России, патриотизме, «воротилах» современной власти и т.д.
Русский поэт, он глубоко переживал за судьбу Родины, признаваясь в стихах, что «эпоха корчит рожу», «надо Россию спасать». А избитая тема интернационализма у Ивана Баранова приобретает характер всеобщего братства:

Мой друг - еврей. И что такого?
Да будь хоть немец, хоть француз.
Все люди братья, честно слово,
И наша Родина - Союз...

Ивану Баранову как поэту свойственна лёгкая ирония, сарказм. И к существованию человека на Земле он относился с присущей ему философской размеренностью, принимая и «жизнь, которую мы строим, и смерть, которая нас ждёт». Характер его литературного дарования был лирико-публицистическим. Оригинальность и цельность художественного образа, индивидуальность стиля, тонкий юмор - всё это соединялось в стихах Баранова и делало их ближе и понятнее читателю.
Иван Иванович был не из тех людей, что стремятся к глянцевым журналам с большими гонорарами:

Печать - не цель.
Самореклама
Всю жизнь была мне
ни к чему...

Но вдумчивые редакторы, конечно, замечают талантливого человека. О поэте рассказала «Сокольская правда», затем череповецкая «Речь». И хотя Иван Иванович, как верно заметил Александр Рулёв-Хачатрян, не организовывал свой успех («Я не болею жаждой славы»), он, этот самый успех, всё-таки был. У меня, например, отложился в памяти такой факт - когда весной 2005 года в стенах ДЦ «Сокол» проходил творческий вечер с презентацией книжки Ивана Баранова, в зале не хватило мест - пришлось спешно ставить дополнительные стулья. Друзья, знакомые, родные в один голос хвалили виновника торжества, а он сидел чуть поодаль и, казалось, был немного смущён таким вниманием к своей персоне.

 

Последний поклон

В литературу Иван Баранов пришёл сравнительно поздно, будучи человеком «в возрасте». Однажды, готовя программу о нашем ЛиТО для областного радио, я задал Ивану Ивановичу откровенный вопрос: «Слушай, а зачем тебе всё это нужно: стихи, сборники, выступления?..» Он, немного подумав, выдохнул: «Поэзия для меня как отдушина надвигающейся старости». С каждым годом я всё больше убеждался в правоте его слов - он с головой уходил в поэтический мир, на время забывая о телесных недугах. С охотой отзывался на предложения где-нибудь выступить со стихами и снова читал, читал, читал - получался лирический диалог с аудиторией, которая всегда радушно принимала автора. Помню, как-то лет десять назад мы собрались в педучилище по какому-то литературному поводу, и Иван Иванович с долей самоиронии шепнул: «Первый раз здесь был в качестве слесаря, теперь как поэт!» Да, он мог легко иронизировать, шутить и, что меня особенно удивляло, мог просто выдавать экспромты. Сожалею теперь, что их никто не записывал...
Несмотря на неважное самочувствие, Иван Иванович много ездил по району - был в Бирякове, Чучкове, Замошье, других уголках сокольской земли. И откуда только брались силы?
В последний раз пришёл я к Ивану Ивановичу, когда он уже с трудом передвигался по квартире, задыхался. Но - что удивительно! - даже в такой ситуации интереса к поэзии не утратил. Говорил о творческих планах, о связи музыки и поэзии, о том, кто его навещает. С благодарностью отзывался о руководителе ЛиТО Татьяне Пушниковой. Но расставались мы на безрадостной ноте - было видно, что человек угасает.
Теперь мне кажется глубоко символичным тот факт, что рядом с поздравлениями к 70-летию Ивана Ивановича было напечатано его стихотворение «Реквием» - одна из последних прижизненных публикаций - размышление о человеке, которого навсегда покинула любовь - просто, «без комментариев».
Нет, поэты не уходят. Эта незатейливая, ставшая банальностью фраза всякий раз наполняется новым содержанием, когда обрывается очередная жизнь талантливого человека. Назойливо всплывают в памяти стихо-творные строчки, которые теперь уже кажутся пророческими. Увы, земная жизнь конечна, но поэт остаётся с нами, пока мы читаем его стихи. Эта «литературная память» передаётся из поколения в поколение.
Кто знает, может быть, грядёт время переосмысления творческого наследия Ивана Баранова, время издания его сборников? Может быть, кто-то заново откроет для себя этого интересного автора, ищущего путь к светлому образу сквозь труднопроходимый бурелом человеческих чувств. И поэт был уверен - этот путь не напрасен:

Мы всё прошли: огонь и воду...
Все наши беды позади.
А впереди у нас свобода,
У нас бессмертье впереди.

Артём КУЛЯБИН


(2 Голосов)
 
Интересная статья? Поделись ей с другими:

Добавить комментарий

В комментариях ЗАПРЕЩЕНО: Оскорблять чужое достоинство, проявлять межнациональную или межрелигиозную рознь, употреблять ненормативную лексику, мат, публиковать объявления рекламного характера.
По мере возможности, придерживайтесь правил русского языка. Старайтесь не делать грамматических ошибок.
За нарушение правил ваш комментарий будет проигнорирован!

Защитный код
Обновить

Добавить СП на Яндекс

ВСЕ страницы на ваш e-mail!

 

Цена полугодовой подписки - 220 руб. 

Подробности по тел.:
2-20-70 и 2-43-48

Из фотоальбома

Реклама

Реклама

Место для вашей рекламы

обращаться
по телефонам:
2-43-48; 2-54-07

Расценки

Праздники

Информер праздники сегодня

Яндекс.Метрика